На то и волки - Страница 42


К оглавлению

42

– А что?

– Он лошадей измерял, – сказал Хоменко. – На ипподроме. Я к нему на все время пребывания, как полагалось, приставил бодигарда – чужой город, правила безопасности… Мальчик мне потом докладывал, что Ивлев велел поискать ходы к ипподрому. Ходы ему нашли. Он туда поехал с тем же мальчиком и тщательно вымерял коня сантиметром.

– Какого коня?

– Да первого попавшегося. Проверял, какую этот конь занимает площадь. И выспрашивал у ипподромных, как лошади ходят в табуне – тесно, бок к боку, или нет, сколько занимают места. Сечешь что-нибудь?

– Ни хрена, – сказал Данил искренне. – Ну, это мы отложим на потом. Ты пока посиди и хорошенько припомни все об этом его визите. До мельчайших подробностей, что тебя учить?

И замолчал, чуть прибавив газу. Ломать сейчас голову над очередной порцией загадок он и не собирался – рано, рано… К тому же не брали еще за кислород крутого паренька Хиля, а сидевшие в засаде на квартире Вадима периодически докладывали, что вокруг все спокойно, чужих радиопереговоров не фиксируют, в квартиру никто проникнуть не пытается, а субъект цыганско-казацкого типа в окрестностях не замечен…

Он ни о чем не думал. Он ждал, совершенно точно представляя, чего ждет.

И дождался-таки. Одного из просчитанных вариантов.

Город, собственно, уже начался – вокруг густо маячили заводские корпуса, примыкавшие к железной дороге склады, высоченные трубы, длинные стены из бетонных плит. Движение было оживленное, пошли знаки ограничения скорости, светофоры, и Данил сбросил скорость.

«Зилок» вылетел справа на красный свет – но он ждал и такого, был готов… Крутанул руль, не касаясь тормозной педали, дал газу. Темно-серый «БМВ», увернувшись от массивного темно-синего капота, проскочил на другую сторону перекрестка, разминувшись в паре миллиметров с ехавшей навстречу, соблюдавшей все правила и державшей дозволенную скорость «Волгой». Выскочил на обочину и встал.

Со всех сторон возмущенно завопили клаксоны. «ЗИЛ» уносился прочь. Синяя «Хонда» рванула было за ним, но Данил успел дать два длинных гудка, и она тормознула, медленно стала выбираться из мгновенно возникшей пробки.

– Весело живете, – выдохнул Хоменко, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в фигурную боковину двери.

– Говорил же тебе – пристегнись…

– А почему вернул ребят?

– Все равно не догнали бы, – соврал Данил. – Он уже свернул за угол, там настоящий лабиринт, есть где стряхнуть любой хвост или смыться, бросив машину…

Где-то далеко позади взвыла милицейская сирена, и Данил поскорее рванул с места, благо не было ни битых машин, ни покалеченных пешеходов.

Глава восьмая
Гость в дом – черт в дом

00.45

Именно такие циферки зеленели в глазах висевшей над столом пластмассовой совы. Классический час призраков и нечистой силы уже миновал, отчего не стало ни легче, ни веселее – к нечистой силе засада не имела никакого отношения.

Данил сидел в прихожей, прямо на полу, разувшись и пряча огонек сигареты в ладони. Всем, и себе в том числе, он разрешил не более трех сигарет в час – и всем приходилось нелегко.

Света нигде не зажигали, снаружи окна казались непроницаемо черными. Пост в квартире он давно сменил, сейчас в кухне сидели Кондрат и Сема, а Хоменко, благо был во всем темном, пребывал в комнате с балконом и временами осторожно поглядывал на улицу в прибор ночного видения.

Данил вот уже два часа терзался сомнениями, разрывался меж двумя возможностями – где лучше было устраивать засаду: в квартире или снаружи?

Если «гость» придет, целей у него две, на выбор: либо забрать из квартиры что-то спрятанное (но где оно, черт побери, спрятано, если сам Данил ничего не нашел?), либо эту захоронку уничтожить. Предпочтительнее было бы разместиться на улице, дать неизвестному войти и аккуратненько взять уже в подъезде, когда соберется уходить.

Но этот вариант – самый зыбкий. С ним может нагрянуть некая группа прикрытия, получится свалка, в неразберихе искомое окажется уничтоженным, наконец, объявится совершенно случайный свидетель, какой-нибудь припозднившийся сосед, и все испортит – примеров хватает. Да и блокировать квартиру, находясь на улице, не в пример труднее – не изображать же влюбленные парочки голубых, такое прошло бы где-нибудь в Сан-Франциско, а не в консервативной Сибири. А вариант «шумная компания алкашей на скамейке» мог визитера спугнуть своей избитостью – как спугнул уже единожды…

Сидеть в квартире – надежнее во всех смыслах. Однако тут есть свои скверные стороны: брать его придется, едва войдет. Сразу же. Тут тебе не вилла из романов Агаты Кристи или кого-то из Макдональдов, где можно было бы, не вспугнув незваного гостя, украдкой следовать за ним по анфиладе покоев и позволить вскрыть тайник… Квартиры советской постройки никак не приспособлены для таких забав…

Хорошо еще, ветеран чеченской кампании давно угомонился, и на лестничной площадке царит пустота…

Мало того, к терзавшим до сих пор сомнениям в выборе места засады добавились еще раздумья над загадкой коммерческой палатки «Кинг-Конг».

Инструкции Данила были выполнены в точности. Двое лбов жутко рэкетирского облика прикатили на белом «Скорпио» и, нажевывая чуингам, хрустя кожанками, замолотили в дверь киоска, с матами-перематами призывая продавца выглянуть наружу, пока его не спалили с киоском вместе.

Выглянули целых двое (не столь жуткого облика, как прибывшие, но ребята, от дистрофии не страдавшие), не дожидаясь расспросов, предъявили один красное удостоверение, другой пистолет Макарова и злым шепотом велели убираться отсюда немедленно и насовсем, иначе неприятностей хватит на целый рэкетирский взвод.

42